"Есть две категории переселенцев" - откровенный разговор с жительницей Луганщины, которая, дважды потеряв дом, начала все с нуля в Аккермане

0 комментариев 17226 просмотров

Вы можете выбрать язык сайта: Українська | Русский (автоперевод)


Почти два года прошло с ужасного утра, когда страна-агрессор начала полномасштабное вторжение на территорию Украины. Боевые действия, оккупацию, бегство из собственного дома, дорогу в неизвестную жизнь – все это пережили украинцы, которые первыми оказались в эпицентре этих трагических событий. Но даже при всем пережитом, вопреки всем трудностям, эти сильные и несгибаемые люди, оказавшись на новом месте, находят в себе силы жить дальше, строить свою новую жизнь, новую реальность. Корреспондентка «Бессарабии СООБЩИТЬ» пообщалась с такой красивой и целеустремленной женщиной, которая даже потеряв свою привычную жизнь, покинув собственный дом, продолжает идти вперед, развиваться и познавать новое.


Знакомство: Марина Беницкая, 39 лет. Воспитывает 11-летнего сына. После начала полномасштабного вторжения была вынуждена покинуть оккупированную Луганщину и начала новую страницу своей жизни на территории древнего города Белгорода-Днестровского.

─ Спасибо, что согласились пообщаться и поделиться своей историей. Как давно вы переехали в Белгород-Днестровский?

─ Можно даже начать с того, что я дважды переселенка. Первый раз в 2014 году выехали из самого Луганска, а в 2022 году – из Луганской области, с территории, которая до полномасштабного вторжения еще не была оккупирована. После начала агрессии в феврале 2022 года первым на неоккупированную территорию Украины выехал мужчина, оставшись верным присяге, и сейчас работает в одной из правоохранительных структур. Сначала он обустроился на месте, а потом уезжали мы с сыном. Когда уходили из дома, там уже пол года была оккупация, поэтому пришлось ехать через несколько стран, и через Закарпатье попали на неоккупированную Украину. Поэтому здесь мы уже полтора года, с сентября 22-го.

─ Почему выбрали для себя именно этот регион?

─ Хотели в Одесскую область, хотя здесь у нас абсолютно никого нет, но была мечта жить вблизи моря. Так и вышло.

─ Кто помогал Вам покинуть оккупированные территории и попасть сюда?

─ Нет, никто не помогал, самостоятельно выезжали. У нас уже была настолько глубокая оккупация, что было невозможно, чтобы какие-нибудь организации могли нам помочь. Уезжала только с ребенком и со своей тетей.

─ Как ребенок воспринимал первые месяцы войны?

─ Трудно, конечно. Трудно было объяснить, и почему нельзя в школу ходить, и со сверстниками просто так пойти встретиться. Было ужасно. Вся эта обстановка. У нас вроде бы и тихо было относительно, но все равно напряжение чувствовалось на улицах и в общении между собой.

─ Общались ли Вы со своими знакомыми после оккупации?

─ К тому времени я работала помощником нотариуса, а в первый же день вторжения нас всех «лишили» работы, можно так сказать. Поэтому на работу мы не ходили, поэтому и общаться особо не с кем. Даже если и общались, то осторожно – о погоде, о природе, потому что неизвестно было, с кем ты можешь свободно общаться, а с кем нет. Потому в основном ни с кем не общалась. Тоже был страх. Скажу больше, я физически почувствовала свободу слова, что могу говорить все, что я хочу, высказываться, когда вернулась на неоккупированные территории Украины.

─ Коснусь неприятного вопроса. Как изменилась жизнь на оккупированной территории, где вы проживали?

─ Учитывая то, что нас сразу лишили работы, всех было морально сложно. Предлагали уже переходить работать на должности в так называемую лнр. Создали свою «местную власть». Были случаи, когда люди соглашались. Если честно, я не общалась с этими людьми по таким темам, не знаю об их мотивах. Предлагали отказаться от гражданства Украины, хотя в нашем государстве такой процедуры вообще нет. Ты не можешь написать заявление – и все ты не гражданин, но предложения были. Даже не охото это вспоминать.

─ Когда вы уже приехали в Белгород-Днестровский, что чувствовали, как объясняли ребенку такие изменения?

─ Первое время мне, пожалуй, было немного легче, потому что я люблю путешествовать: новый город, новые знакомства. Ребенку было труднее. Потому что он почти четыре месяца учился в своей школе на дистанционном обучении, но это был уже 5 класс, и было сложно. Поэтому мы пошли в декабре в местный лицей, и нас приняли.

─ Учителя, которые преподавали онлайн, тоже покинули оккупированные территории?

─ Да, они уехали. К учебному процессу были вовлечены только уехавшие учителя, те, кто были в безопасности.

─ Вы сразу начали искать себе занятия на новом месте, или первоначально требовалось время, чтобы пережить произошедшее?

─ Действительно, был период, когда я ничем не занималась. Благодаря мужчине, который поддерживал и смог разрешить мне не работать некоторое время. Я – юрист по образованию. И будучи дома, работала в разных сферах, начиная с института ─ в судебных органах, возглавляла юридический и кадровый отделы в областной статистике до рождения ребенка, а последние шесть лет я работала помощником нотариуса. И для себя я параллельно изучала финансы в разных сферах – и личные, инвестиции. Уже когда оказалась здесь, спустя полгода, я узнала, что есть такая возможность у нас в стране (кстати, уже более 20 лет), как накопительная система страхования жизни. Меня это заинтересовало, мы с мужем изучили этот вопрос. Здесь переплетаются и финансовая, и юридическая сфера, нужно следить за изменениями в законодательстве, поэтому она мне понравилась, легла, скажем. Так что до сих пор этим занимаюсь, почти год в этой сфере.

"Есть две категории переселенцев" - откровенный разговор с жительницей Луганщины, которая, дважды потеряв дом, начала все с нуля в Аккермане

─ Знаю, что в своей работе Вам иногда приходится ездить в другие города? Не сложно, нет какого-нибудь психологического дискомфорта, страха?

─ Нет, страха нет, ведь люблю путешествовать. И когда я познакомилась с этой новой для себя темой, моя коллега сказала, что учения часто проходят в Луцке, а у меня родная сестра со своей семьей выехала с оккупированной территории именно в Луцк. Так что примерно раз в месяц ездим туда. Первое время ездили с сыном, потом, чтобы не пропускать учебу, начала сама. Недавно у нас был своеобразный профессионально-развлекательный ретрит в Закарпатье на три дня, брала его с собой. Там тоже встречались с сестрой. Она, как и я, начала работать в этой сфере, имея юридическое образование. Вместе зарядились энергией.

─ Когда вы приехали в Белгород-Днестровский и начали эту новую страницу жизни, которая помогала адаптироваться, как знакомились с новыми людьми?

─ Все мы знаем, что любые встречи не случайны. Когда приехали, буквально в сентябре 22-го, мы с ребенком пошли в местную библиотеку неподалеку от дома, где живем. Зашли туда, а библиотекарь говорит, что у них в это время проходит встреча с психологом, ориентированная на мам с детьми, которые являются переселенцами. И мы попали на эту встречу, познакомились с девушкой-психологией, которая объединила нас, девушек-переселенок и детей примерно одного возраста. И вот уже полтора года мы общаемся с девушками: и с организовавшими встречу, и с девушками, которые, как и я, приехали сюда из разных регионов ─ из Херсона, Бердянска, из Донецкой области. Дети тоже между собой общаются, дни рождения справляем все вместе. Однажды так получилось, что мы адаптировались к новому месту таким образом. А по роду деятельности уже начала знакомиться и с новыми людьми, и с коллегами мужчины, со своими коллегами. Мне легко удается адаптироваться и знакомиться с новыми людьми.

─ А сын нашел себе здесь новых друзей?

─ Да, как раз мы общаемся с мамами, а дети ─ между собой. И в классе у него появились несколько друзей, с которыми он может общаться.

─ Как часто вспоминаете родной дом, бывает ли грустно?

─ Конечно, грусть есть. И, пожалуй, первый год как-то было не так сложно, а как второй год ушел, оно уже начинает как-то догонять. Какие-то такие моменты начинают на ровном месте выбивать из колеи. Триггерит иногда, и ты даже не знаешь, где может тебя догнать. Какая-то фраза, какой-то образ, какой-то человек, на кого-то похожий.

─ Изменились ли ваши предпочтения или хобби за этот период?

─ Да, такое есть. Там у нас был минибизнес, мы занимались комнатными цветами. А тут я уже смотрю на эти цветы, но себе не хочу покупать их. Возможно, из-за воспоминаний, привязанности к дому. Также, когда еще жили дома, любила читать и вышивать крестиком. Сюда я смогла только немного книг забрать и свои вышивки, но здесь это отошло на дальний план. С начала полномасштабного вторжения вообще не могла читать, хотя до этого читала многое. Не понимала, о чем там идет речь. Снова вернулась к чтению только через несколько месяцев. Но сидела вышивала, должно быть, занимала себе руки, сейчас занимаюсь этим гораздо меньше.

"Есть две категории переселенцев" - откровенный разговор с жительницей Луганщины, которая, дважды потеряв дом, начала все с нуля в Аккермане

"Есть две категории переселенцев" - откровенный разговор с жительницей Луганщины, которая, дважды потеряв дом, начала все с нуля в Аккермане
Вышивка крестиком по дереву

─ Что именно вы любите читать, какую литературу?

─ Разную. Но больше не художественную, пожалуй, а из сферы финансов, психологии, развития. Такого плана. Очень трудно мне было читать книгу «Выбор» о том, как женщина пережила лагеря, голодомор. Нравственно было сложно читать. Пожалуй, какие-нибудь ассоциации.

─ Как считаете, сможем ли после победы вернуться к прежней привычной жизни?

─ Будет тяжело. Особенно тем, кто покинул свои дома. Многие такие, как я, кто вторично уже покидает свой дом. Кто вообще остался без дома, им просто некуда возвращаться. Я общаюсь со многими своими знакомыми с Родины, кто уехал: одни по Украине, кто за границей. И есть две совершенно разные категории людей: те, кто уже настроен начинать жизнь заново на новом месте и даже покупать жилье. Я себе пока этого не понимаю. А есть те, кто живет от зарплаты к зарплате, не хотят адаптироваться к новым условиям. Они живут мечтами о возвращении домой. Совершенно разные категории людей. А мы стараемся жить здесь и сейчас. Сегодня есть жизнь – прекрасно, проснувшиеся с утра – супер.

─ Как вы сейчас воспринимаете тревоги, как реагируете?

─ К сожалению, на тревоги уже не реагируем никак. И это пугает, когда ты уже никак на все это не реагируешь, привык. Просто живем. Мы, когда приехали, и начались затяжные тревоги осенью 2022 года, ходили в укрытие с ребенком. Местные, кто рядом был, работники в магазинах смотрели на нас с удивлением. Сейчас уже так не поступаем.

─ Не было ли у Вас желания уехать за границу?

─ Мужчина предлагал сразу, когда мы только уезжали. Но я вообще не рассматривала такой вариант, хотела сберечь свою семью, а на расстоянии это сложно. Тем более, там ни знакомых нет, ни языка не знаем. В дальнейшем – не знаю, все непредсказуемое, возможно, рассмотрим, но не сейчас.

─ А Вы следите за новостями, читаете о том, что происходит на территории, которую пришлось покинуть?

─ Сейчас очень мало читаю новостей, не слежу за ситуацией.

─ Из-за занятости сознательно ли это?

─ Скорее, сознательно. Не хочется снова погружаться в реальность.

─ А как проводите свое свободное время с ребенком?

─ Во-первых, общаемся с теми людьми, с кем познакомились, почти каждую пятницу. Мы с девушками стараемся поддержать друг друга, а дети тоже общаются. Также посещаем мастер-классы по изготовлению патриотических оберегов. Девушки проводят благотворительные мастер-классы и собирают в помощь военным.

─ А какие предпочтения у Вашего сына? Он посещает какие-нибудь кружки?

─ Сейчас занимается английской и ментальной арифметикой. Сразу, как приехали, нашли эти занятия по ментальной арифметике. Они ему очень понравилось, вошло. Уже закончил и получил диплом на «сложение-вычитание», прошел все сложности. Уже через месяц изъявил желание пойти на умножение-деление, дальше учиться. Хочет – пожалуйста. Главное, что ему нравится.

─ Что Вам помогает держаться, не сдаваться, идти дальше?

─ Мне очень помогает общение с сестрой. И мы рады, что находимся в такой доступности, не за границей, а есть возможность видеться достаточно часто. Не каждый день, конечно, но каждый день общаемся по видеосвязи. Есть возможность поддерживать друг друга. Когда тяжело, позвонишь – и родная душа успокоит.

─ А какие места больше всего нравятся в новом для Вас городе?

─ Мне очень нравится посещать берег лимана. Также – имение Асвадурова с глициниями. Весной это просто любимое место, аромат, красота невероятная.

"Есть две категории переселенцев" - откровенный разговор с жительницей Луганщины, которая, дважды потеряв дом, начала все с нуля в Аккермане

─ Вы на новом месте выбрали для себя и новую сферу деятельности. А не было желания найти такую ​​же работу, на которой работали последние годы?

─ Мне предлагали такую ​​работу, но, учитывая, что сейчас для меня актуально иметь более свободный график, я отвергла такую ​​возможность.

─ Не было ли у Вас такого, что отказывали в трудоустройстве из-за того, что Вы не местные?  

─ Нет, я с таким не сталкивалась, но слышала от девушек о таких случаях. Даже недавно мне предлагали работу на полную занятость, но я в свою очередь рассказала об этой вакансии знакомой. И он уже работает.

─ Когда закончится война, что сделаете первое, из того, что не позволяет ситуация сейчас?

─ Встретимся всей семьей. Мы всегда собирались на праздники, а сейчас каждый со своими семьями в разных местах. Теперь и праздник ─ не праздник. Так что обязательно соберемся семьей за одним столом.

─ Марина, спасибо Вам за такой интересный разговор. Удачи Вам и Вашей семье.

─ Спасибо, взаимно!

 

гость

0 комментариев
Межтекстовые отзывы
Сообщение против комментария
0
Поделитесь своим мнением на этот счет в комментариях под этой новостью!x